Почему кадровые военные на реформу армии смотрят без оптимизма?

Блог: тема тэги гео
Проводимые в Вооружённых Силах России преобразования вызвали массу крайне противоречивых оценок деятельности Анатолия Сердюкова со стороны экспертов, средств массовой информации и непосредственно военнослужащих. Оппоненты ставят ему в вину сугубо менеджерский подход к вопросам, затрагивающим безопасность и обороноспособность страны.
В жизни министра обороны Анатолия Сердюкова были удивительные повороты. Наводить порядок в налоговой он пришел из торговли, а реформировать армию — из штатских финансистов. 
 
В петербургскую налоговую инспекцию Сердюков пришел в 2000 г. уже состоявшимся мебельным торговцем. Окончив в 1984 г. учетно-экономический факультет Ленинградского института советской торговли, Сердюков пошел в армию. Срочную службу он проходил в батальоне связи 85-й мотострелковой дивизии в Новосибирске. В то время призывникам с высшим образованием предлагали после девяти месяцев службы пойти на курсы подготовки лейтенантов запаса. После полуторагодичной службы увольнялись они уже в офицерском звании. Этот путь выбрал и Сердюков, рассказывает бывший офицер центрального аппарата Минобороны, уточняя, что в случае войны Сердюков подлежал призыву на должность начальника военторга полка.

Но торговцем Сердюков стал сугубо мирным — после армии пошел работать в петербургский мебельный магазин № 3 «Ленмебельторга». В системе «Ленмебельторга» он и вырос из помощника бухгалтера в директора и совладельца сформировавшейся на базе торга петербургской торгово-промышленной компании «Мебель-маркет».

Назначение Сердюкова министром обороны в феврале 2007 г. стало неожиданностью.

Решение Путина можно объяснить тем, что Сердюков доказал во время службы в ФНС способность контролировать огромные финансовые потоки, говорят чиновник и бывший офицер центрального аппарата Минобороны. Путин подчеркнул, что у Сердюкова есть опыт работы в сфере экономики и финансов, а тут необходимо контролировать «огромные бюджетные средства» на модернизацию вооруженных сил.

Но речь шла не только о контроле — рост военных расходов был только частью военной реформы, которую должен был провести Сердюков. Новый стиль управления он показал буквально через месяц после назначения — в марте 2007 г., начав знакомство с Нахимовским училищем в Петербурге с осмотра помойки на заднем дворе и подсобных помещений, а затем потребовав финансовую документацию.

Увольнения своих замов, командующих родами и видами вооруженных сил, начальников управлений Минобороны Сердюков начал буквально через несколько месяцев после прихода. Ключевым кадровым решением стало назначение в июне 2008 г. начальником Генштаба генерала Николая Макарова. Сейчас решения о строительстве вооруженных сил принимает Макаров, а политические и экономические — Сердюков.

Собственно реформа началась после войны в Южной Осетии. Хотя в августе 2008 г. российская армия за пять дней развалила грузинскую военную машину, война вскрыла много недостатков в организации и снабжении войск.

В октябре 2008 г. Сердюков заявил о начале перехода к «новому облику» вооруженных сил. За три года российская армия перестала быть уменьшенной копией советской: массовая мобилизация для большой войны больше не предусматривается, говорит офицер Минобороны. Численность армии военного времени установлена в 1,7 млн против 5 млн в 2008 г., а кадрированные части неполного состава, развертываемые по мобилизации, в основном ликвидированы. Это сделало российскую армию похожей на армии стран НАТО и большинства других. В 2008-2010 гг. число офицеров было сокращено с 350 000 до 150 000 (правда, в 2011 г. было принято решение увеличить его до 220 000), более 1000 кадрированных частей и баз хранения ликвидировано, 24 дивизии сухопутных войск переформированы примерно в 90 бригад, а 72 авиаполка и 14 авиабаз — в семь авиабаз первого и семь- второго разряда, число военно-учебных заведений сокращено с 65 до 10.

Кроме военной логики тут действовала и финансовая: офицеры имеют право на разные льготы, которые государство часто не способно им предоставить (например, очередь на жилье до сих пор сохраняется — недавно Сердюков попросил на решение проблемы дополнительно 272 млрд руб. до 2014 г., об этом писал «Коммерсантъ»). Сержанты обходятся государству дешевле офицеров, поэтому офицеров надо сократить, передав часть их работы сержантам (а стало быть, и училища в таком количестве не нужны).

В этом же финансовом русле — распродажа непрофильного имущества Минобороны, передача снабжения на аутсорсинг и реформа закупки вооружений.

За 2000-2008 гг. РФФИ распродал военного имущества на 1,4 млрд. руб. В ноябре 2008 г. это дело передали Минобороны, для чего там был создан департамент имущественных отношений, приступивший к работе в апреле 2009 г. В 2009 г. Минобороны распродало имущества более чем на 1,5 млрд. руб., в 2010 г. — на 4,4 млрд. руб., а в 2011 г. — на 5 млрд. руб.

Закупки вооружений, жилья и материалов были выведены при Сердюкове из-под контроля военных, ими занимаются укомплектованные штатскими структуры Минобороны. Во главе них стоят сослуживцы Сердюкова по ФНС. Рособоронпоставку в 2010 г. возглавила Синикова, а замминистра обороны по финансово-экономическим вопросам назначена Шевцова. ОАО «Оборонсервис», куда переданы все структуры Минобороны, занимающиеся ремонтом, строительством, обслуживанием войск, возглавил бывший чиновник ФНС Сергей Хурсевич. Все это радикально преобразило центральный аппарат ведомства, сокращенный при этом почти вдвое — до 10 000. «Раньше во время обеда в столовой в министерстве хорошо если можно было увидеть двух-трех женщин, сейчас проблемой является увидеть мужчин в форме», — иронизирует полковник центрального аппарата.

2011 год ознаменовался ценовой войной с оборонной промышленностью — Минобороны весь год задерживало заключение контрактов, добиваясь снижения цен. Конфликт даже вышел в публичное поле: против Минобороны открыто выступил, например, генеральный конструктор ракет «Тополь М» и «Булава» Юрий Соломонов. Но в итоге большая часть контрактов заключена на условиях Минобороны.

При Сердюкове началось перевооружение армии, говорит эксперт Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко. С 2008 г. военно-воздушные силы получили около 150 новых самолетов и вертолетов (за 10 лет до этого — несколько единиц). В самом конце 2010 г., несмотря на сопротивление Минфина, была утверждена новая госпрограмма вооружений до 2020 г. стоимостью более 20 трлн руб. Вряд ли она будет выполнена в полном объеме, но процент ее выполнения будет явно выше, чем у предыдущих программ, считает Макиенко.

Многие военные на сердюковскую реформу смотрят без оптимизма.

Бывший министр обороны Игорь Родионов считает, что никакой реформы Сердюков не провел, а то, что он сделал, издевательство. По словам Родионова, после уничтожения потенциала мобилизационного развертывания он сомневается в том, что российская армия сможет сформировать с нуля даже одну боеспособную бригаду.

По словам гендиректора одного из предприятий, входящего в «Ростехнологии», бывшие сотрудницы налоговых инспекций, ведающие сейчас закупками вооружений, слабо разбираются в технике и понимают лишь финансово-бухгалтерские реалии. «Им непонятно, что без полного цикла испытаний, который они отказываются оплачивать, ракета — лишь кусок железа, им непонятно, что без закупки запчастей новый самолет — такая же бесполезная железка, а военные, которые могли бы их поправить, все уволены Сердюковым», — сетует собеседник «Ведомостей». По его мнению, коррупции в ведомстве не стало меньше, она просто приобрела более современный характер. На смену прямому воровству, когда новые грузовики, топливо и т. д. продавались налево, пришли схемы по завышению цен при закупках.

Есть в этом недовольстве и личный аспект. «Министр по два-три часа держит в приемной заслуженных генералов, — жалуется источник, близкий к Минобороны. — А однажды на совещании в шутку назвал их «зелеными человечками».

Cердюков и сам мечтает сменить Минобороны на другое министерство — финансов, рассказали «Ведомостям» несколько высокопоставленных чиновников, некоторое время назад министр обороны даже обсуждал с Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым возможность получить должность вице-премьера по финансам. Правда, по словам собеседников «Ведомостей», согласия тандема получить не удалось, Сердюкову предложили довести до логического конца масштабную реформу Минобороны.

Одним из наиболее последовательных и активных критиков Министра обороны является президент Академии геополитических проблем Леонид Ивашов. Комментируя назначение Анатолия Сердюкова, он назвал решение президента «плевком в лицо» и «унижением армии». По мнению Ивашова, Сердюков «может быть хорошим бизнесменом», но «совершенно не понимает роли офицера не только как ответственного за боеготовность и решение конкретных военных задач, но и в социальной сфере». Схожего мнения придерживается руководитель Центра военного прогнозирования Анатолий Цыганок. Он убежден, что «Анатолий Сердюков не слишком понимает, что творит».

Член общественного совета при Минобороны Виталий Шлыков, напротив, считает Анатолия Сердюкова «храбрым бухгалтером», которому противостоит «множество жуликоватых генералов, которые просто держатся за кресла». Директор Центра анализа мировой торговли оружием (ЦАМТО) Игорь Коротченко полагает, что представление об Анатолии Сердюкове как о человеке, далеком от армии и занимающемся исключительно финансово-экономическими проблемами, в корне неверно. Как полагает эксперт, Сердюков «занимается комплексными проблемами, которые сегодня стоят перед российской армией». По мнению писателя и журналиста Леонида Млечина, Анатолий Сердюков — первый министр обороны, который реально реформирует Вооружённые силы, приводит их в соответствие с современными требованиями.

Кто окажется прав: оппоненты или сторонники?

:: Рикки-Тикки-Тави ::

Автор (или псевдоним)
Рикки-Тикки-Тави